Гречишкин Василий Фёдорович
Дата рождения: 26 января 1905 г.
Место рождения: в с. Царский Дар (с. Великовечное)
Дата призыва: июнь 1941 г.
Место службы: 151-ый кавалерийский полк 40-й кавалерийской дивизии
Звание, должность: Воевал в звании рядового красноармейца кавалеристом
Награды, почетные звания: награждён орденом Отечественной войны II степени
Краткая биография: Родился 26 января 1905 г. в с. Царский Дар (Великое). Образование 3 класса. Отец Фёдор Михайлович, мать Прасковья Сидоровна. Жена Марфа Алексеевна 1909 г.р., дети: Иван 1930 г.р., Нина 1935 г.р., Дмитрий 1927 г.р. – ветеран Великой Отечественной войны. Проживал с семьёй на х. Ерыгин. Работал в колхозе им. Ярового плотником, учётчиком.
С июня 1941 г. по июль 1942 г. на фронте. Воевал в звании рядового красноармейца кавалеристом в 151-м кавалерийском полку 40-й кавалерийской дивизии. Дивизия формируется в июле 1941 г. в Северо-Кавказском ВО в районе ст. Кущёвская. В начале августа дивизия по ж/д была отправлена в Крым. 20 августа разгрузившись на ст. Сейтлер 40 кд сосредоточилась в районе Джанкоя составляя резерв 9 СК Батова занимавшегося обороной Перекопа. Рядовой состав был плохо обучен и не обстрелян. Не было средств связи, не было тачанок и пулемёты возили на простых телегах. С конца августа части дивизии приступили к созданию оборонительного рубежа сев. Джанкоя, к октябрю были сосредоточены в северной части полуострова как мобильный резерв на случай прорыва противником Ишуньских позиций – последнего рубежа перед степной частью Крыма. 18 октября противник начал штурм Ишуньских позиций. К 20 октября оборона наших войск в межозёрном дефиле была прорвана, и противник продвигался в южном направлении. 21 октября 40 кд нанесла контрудар вместе с 2 кд переброшенной из Одессы и отбросили противника на прежние позиции (Бой-Казак татарский). Вечером 22 октября 50 пд противника вновь перешла в наступление на приморском фланге и овладела д. Онгар-Найман и Воронцовкой. К 23 октября к району боёв стали подходить части Приморской армии переброшенной из Одессы. 24 октября части 40 и 42 кд вновь атаковали противника. Удалось отбить с. Онгар-Найман и немного продвинуться на север.
С 26 октября противник ввёл в бой новую 170 пд. Оборона Приморской армии развалилась. Части 40 и 42 кд на приморском фланге были вынуждены отступить в район д. Семен и Кирент. 28 октября части Приморской армии начали отступать на юг. К этому времени организованного фронта обороны уже не существовало. Понёсшие большие потери дивизии армии могли лишь создавать отдельные очаги сопротивления, чтобы задерживать части противника. 31 октября 40 кавдивизия уже в составе Приморской армии вынуждена была отходить к Симферополю и в этот день была в 35-40 км севернее города. Из-за перехвата противником 31 октября дороги Симферополь-Бахчисарай Приморская армия была вынуждена отходить в Севастополь через Алушту и далее по приморскому шоссе. Тем временем противник начал штурм города с северного направления.
В начале ноября 1941 г. задача 40 кавалерийской дивизии была прикрывать дорогу через перевал вместе с бойцами строительного батальона, занятого на строительстве Дальнего рубежа и части 262-го полка майора Рубцова. К 8 ноября дивизия вела оборону на передовых позициях в близи деревни Биюк-Мускомья (ныне д. Широкое), после чего под напором фашистов вынуждена была отступить к д. Ворнутка и оборонять этот населённый пункт, после чего отступить к селу Камары (ныне Оборонное). К исходу 9 ноября Приморская армия закончила сосредоточение войск в районе Севастополя. Сюда же и прибыла 40 кавдивизия.
11 ноября противник перешёл в наступление. Особенно напряжёнными были бои на направлении главного удара противника в районе Ворнутка — Кучук-Мускомья, где в боевом охранении находилась слабая по составу 40-я кавалерийская. Подразделения дивизии в течение дня вели упорные оборонительные бои, отражая огнём атаки немцев. Однако под давлением превосходящих сил 72 пд противника 40-я кавалерийская дивизия вынуждена была оставить Ворнутку и отойти на рубеж высот 471,7 и 508,1. 12 ноября из-за огромных потерь была расформирована 42-я кд, а оставшимся её личным составом доукомплектована 40-я кд, которая для переформирования была выведена в резерв.
С утра 13 ноября 1941 г. части 72-й пехотной дивизии немцев возобновили наступление в районе первого сектора на позиции 383-го стрелкового полка и 40 кд. Два батальона немцев с 35 танками наступали вдоль Ялтинского шоссе и далее на высоту 440,8 и один батальон — вдоль горной дороги от д. Кучук-Мускомья на д. Кадыковка. Враг наседал, бойцы сражались геройски, но силы были неравны. К исходу дня немцы овладели высотой 417,7, лесничеством, высотами 386,6 и 440,8, а часть сил 40-й кавдивизии, удерживавшая высоту 508,1, оказалась обойденной с флангов и окружённой. Утром 14 ноября 383-й и 514-й стрелковые полки, поддержанные полевой и береговой артиллерией, контратаковали на направлении главного удара противника и вернули высоты 386,6 и 440,8, что обеспечило выход из окружения подразделений 40-й кавдивизии.
16 ноября рано утром противник начал наступление в первом и втором секторах. Бой не прекращался и ночью. Это было новым в тактике врага. До этого дня он не предпринимал ночных атак. На участке 40-й спешенной кавдивизии к 17.00 немецкий батальон овладел гребнем высоты 440,8. На левом фланге дивизия продолжала вести бой с полком немцев на прежних рубежах. 19 ноября дивизия была выведена в резерв. К концу ноября 1941 г. 40 кавдивизия находилась в резерве и дислоцировалась у деревни Любимовка, обороняя позиции вместе с 90 и 345 стрелковыми дивизиями.
17 декабря 1941 г. 40 кавдивизия на основании приказа командарма, сосредоточилась в районе 2 км восточнее выс. 133.3, с задачей в направлении выс. Азис-Оба уничтожить прорвавшегося противника и восстановить передний край 8-й бригады. Части 8-й бригады, накануне отошли на линию Главного рубежа, в район выс. 133.3. Противника сдержали дзоты, построенные на линии Главного рубежа. 40 кавдивизия осталась один на один с немцами. В связи с этим, 154-й полк растянулся до долины Бельбека, а 149-й закрыл брешь в обороне до 4-го батальона 8-й бригады. Т.е. дивизия атаковала не всем своим составом, а лишь одним полком, численностью не более 250 «сабель». Остальные «полки» дивизии закрывали фронт, ранее занимаемый бригадой, да и то не полностью. К 6 часам 151-й полк дивизии атаковал, но в 6:30 началась артподготовка немецких войск и встречное наступление немецкой 22-й дивизии. Завязался неравный встречный бой. Поначалу контратака спешенных конников имела успех, но потери были исключительно велики. Удалось продвинуться на 500 м, но дальше двигаться было невозможно. Бойцы залегли. В контратаке был убит командир 151-го кавалерийского полка майор Н. А. Обыденный. Его заменил капитан П. И. Сыров. В 10 часов атаку 40-й кавдивизии поддержала авиация СОР, штурмуя боевые порядки немецких войск сначала 10 истребителями, а затем 6-ю Ил-2, что ненадолго задержало противника. Тяжёлый бой шёл на дороге. Бойцы 40 кавдивизии, 50-летние кубанские казаки, ставшие севастопольской пехотой, дрались отчаянно, но атаковать противника, который был вдвое больше их по численности, они не могли. Чтобы хоть как-то удержать позиции, командование сектора пожертвовало последними резервами: ротой охраны штаба 8-й бригады морской пехоты и разведротой 90-го стрелкового полка, бросив их в бой. Противник, поддерживаемый штурмовыми орудиями, рвал на части оборону 8-й бригады. Ни о какой контратаке на курган Азис-оба речь уже не шла.
18 и 19 декабря интенсивность атак немцев на участке 8-й бригады несколько снизилась. Тем не менее, 40 кавдивизии пришлось достаточно трудно. Малочисленному 154-му кавполку были подчинены остатки 773-го полка, но сил по-прежнему не хватало. В Журнале боевых действий есть интересная фраза: «Разбежавшихся бойцов 773-го полка собрать не удалось, несмотря на ряд серьёзных мероприятий». Есть и ещё одна фраза: «Части 8-й бригады при малейшем нажиме противника бежали, открывая проходы противнику для внедрения в оборону…». Кавалеристы держались до последнего. По состоянию на 19.12.41 г. в 149-м кавполку оставалось 80 сабель, в 151-м 90, в 154-м, который понёс потери ещё во время 1-го штурма, около 100.
20 декабря на участке 8-й бригады морской пехоты ситуация продолжала оставаться крайне сложной. 40 кавдивизия продолжала удерживать район дороги по плато. «Дивизия» к этому времени представляла собой, скорее, усиленную роту. Погибли два командира полка, все командиры эскадронов. Влитые в её состав остатки 773-го полка, насчитывали не более 300 человек. В 13:30 40 кавдивизия провела контратаку, в результате которой смогла захватить два пулемёта и противотанковое оружие. В тот же день в штаб дивизии генерал-майором Петровым была послана телефонограмма: «Сдерживать, сколько можно. Использовать выгодные рубежи. Утром 21-го ожидайте поддержку. Пока помогу самолётами». Из-за отвода 1-го сводного батальона открылся фланг 40-й кавдивизии, чем немедленно воспользовались немцы. Дивизия вынуждена была отойти на рубеж оврага Барак, установив локтевую связь с 90-м сп. Ещё сутки удалось продержаться.
Очень ответственным был для советской стороны день 21 декабря. Противник явно выбился из графика, не успевая закончить свой выход к Северной бухте к установленному сроку. Подчиненные 11 немецкой армии Манштейна яростно атаковали весь день. В этих боях дивизия потеряла своего командира полковника Кудюрова, который был убит снарядом штурмового орудия в тот момент, когда он сам встал к противотанковой пушке. До 16 ч. 30 мин. противник предпринял 3 атаки на позиции дивизии, но кавалеристы удержали свои позиции. Прорыв произошел в 16.30, когда две роты 16-го пехотного полка, при поддержке 5 штурмовых орудий предприняли 4-ю атаку. К этому времени связь была полностью нарушена и остатки 149-го кавполка остались без поддержки артиллерии. Немцы прорвались на стыке 154-го и 149-го кавполков, и вышли к командному пункту 149-го, расстреляв его из орудий прямой наводкой. Погиб почти весь штаб. После этого, «полк», численностью около 50 человек не выдержал и отошёл на 500 м вниз по балке, в долину Бельбека.
В ночь на 23 декабря остатки дивизии заняли новый рубеж. Из журнала боевых действий 40 кавалерийской дивизии: «…в связи с тем, что ни 90-й, ни 241-й сп вовремя не заняли указанный им чрезвычайно важный рубеж в районе выс. 49.0 (104.5) и, фактически, оставили открытым противнику проход со стороны деревни Бельбек на станцию Мекензиевы горы и Инкерман, комдив по собственной инициативе, был вынужден выбросить остатки дивизии для занятия оборонительного рубежа…». Остатки дивизии насчитывали в своём составе всего 140 человек. Приказ на занятие рубежа был отдан старшим лейтенантом Бобриковым, исполнявшим обязанности командира 149-го кавполка, и погибшего сутки спустя. Судьбу Севастопольского оборонительного района спас старший лейтенант, спас там, где сплоховали генералы…
В ходе боёв 28 декабря командир и комиссар дивизии были ранены, а из всего личного состава остались в строю всего 235 бойцов и командиров. К исходу дня все её подразделения были сведены в один отряд, который возглавил майор Р. Д. Иванычев. К 15 часам 40 кавдивизия была вынуждена отойти, оставив казарменный городок 30-й батареи. Остатки кавалеристов заняли позиции на высоте 42,7. Это небольшая возвышенность, рядом с дорогой, 700 м южнее КП батареи. Эта высота, усиленная пятью сборными дотами, и КП батареи стали опорными пунктами обороны. Противник прорвался на станцию Мекензиевы горы. А вот дальше прорваться не смог. Местность простреливалась советской артиллерией, которая поставила плотный заградительный огонь, и не допустила продвижения противника. Одновременно с артогнём была задействована и авиация. 14 Ил-2 в сопровождении 16 И-16 штурмовали немецкие части в районе Мекензиевых гор.
К 5 января 1942 г. в связи с огромными потерями были выведены из строя 8-я брмп, 2 полк мп, 40 кд и 241 сп. К 11 февраля 40-я кавдивизия находилась в резерве армии и пополнялась. Из воспоминаний Воронцова (40-я кд): «После 23 февраля нашу дивизию начали срочно формировать из всех родов войск. Были и пехотинцы и миномётчики и кавалеристы и, наверное, даже моряки… Приказ срочно перебраться на Сухарную балку (из Молочной фермы, с конями) на вторую линию обороны, или как говорят, эшелон. Расположились наши кавэскадроны на склоне сопки (горы) недалеко от железнодорожного полотна, в метрах 50-70 недалеко от железнодорожной тоннели».
3 марта противник вновь попытался контратаковать со стороны хутора Мекензия, но неудачно. Немецкая 24-я пехотная дивизия, у других частей, не зря получила ехидное наименование «дивизия-танго» («шаг вперед - два назад»). Крепкая в обороне, она редко добивалась успеха в наступлении. Зато части 132-й и 50-й пд, наступавшие со стороны Камышловского оврага, в ночном бою захватили отм. 115.7. Резервов в секторе уже не было. Чтобы спасти положение, командование СОР бросило в бой армейский резерв: два полка 40 кавдивизии, которым удалось прорваться по дороге мимо отм. 115.7. В этой атаке кавалеристов поддерживали бойцы 1165-го полка. Но, увы, успех был временным, противник, подтянув артиллерию и подкрепления, вновь плотно запечатал дорогу. Введя в бой ещё один кавполк той же дивизии, командование попыталось вновь захватить отм. 115,7, но безуспешно. Части дивизии попали в ловушку. Резервов для деблокирования частей было мало.
Из воспоминаний В. Макаренко (40 кд): «Нашей дивизией в марте 1942 г. командовал полковник Затылкин, говорили он из моряков, но форма у него была сухопутная. На коне не держался, но командовал лихо. …ночью, из казарм на Мекензиевых горах, на рысях, ушли два полка 149-й, майора Гирина и 151-й подполковника Гамзина. А следующей ночью и нас подняли в стремена. Вёл нас политрук Антон Дружина, наш командир, майор Устинов в это время находился в штабе… Совершив стремительный марш, мы с ходу ударили вдоль лесной просеки на врага. Противник бежал, но, отступив на опушку леса, он открыл ураганный огонь. Мы вынуждены были спешиться и, отведя лошадей, залечь. Дальше помню, что нас бросали с одного участка на другой, закрывая лесные дороги просеки, потом вернули в казармы, но не в свои, в Инкерманские».
345-я и 40-я дивизии понесли серьёзные потери. Части СОР перешли к обороне. В этот день перешли к обороне и войска Крымского фронта. Командование СОР, пользуясь слабостью противника, смогло организовать заслоны на лесных дорогах. 25 марта 1942 г. на основании приказа командующего войсками Крыма И.Е. Петров отдал приказ за № 0027, которым расформировывалась 40-я кавалерийская дивизия.
В этих боях Василий Фёдорович получил два ранения и был комиссован в 1943 г.
Вернулся с фронта и продолжил работу в колхозе: член ревизионной комиссии в 1949 г., в дорожной бригаде. 6 апреля 1985 г. в честь 40-летия Победы был награждён орденом Отечественной войны II степени. Умер 24 июля 1997 г.